Підляшшя

Модератор: Global Moderators

thrary
Member
Member
 
Повідомлень: 2811
З нами з:
06 квітня 2006 19:40

Підляшшя

Повідомлення thrary » 01 березня 2017 18:23

http://n-europe.eu/tables/2016/02/22/ty ... podlyashya

22-02-2016 | Кирилл Карлюк
Убийства белорусского населения Подляшья в 1946 году и память об антикоммунистическом сопротивлении в Польше после Второй мировой войны - как эти события обсуждаются в современной Польше, после прихода к власти новых политических сил?


В этом году исполняется 70 лет одному из самых страшных событий в истории Подляшья – рейду польского партизанского отряда капитана Ромуальда Райса («Бурого») в январе-феврале 1946 г., в результате которого были убиты 79 мирных жителей края, были сожжены несколько деревень. До сих пор эти события вызывают острую полемику среди разных сообществ памяти, как в самом регионе, так и в Польше в целом.

Трагедия Подляшья

Отряд Бурого, называемый «III-й Виленской бригадой NZW »[2] , состоял из группы солдат, которые, как и их командир, отказались сложить оружие после приказа коменданта Армии Крайовой (АК) в связи с окончанием партизанской борьбы с нацистской Германией на польской территории. Партизаны были хорошо вооружены и многие из них имели боевой опыт еще со времен борьбы АК на Виленщине. Свою активную деятельность в регионе отряд развернул с конца 1945 г., совершая рейды против Красной Армии и вооруженных сил «новой» коммунистической Польши.

Страшные события, о которых здесь идет речь, произошли в конце января – начале февраля 1946 г. То, как стремительно разворачивались события, говорит о том, что акция была спланирована и определенно не носила «спонтанного» характера, как часто теперь утверждается в польской националистической публицистике с целью как-то оправдать данные преступления. Эту акцию против мирного населения также часто пытаются объяснить якобы некой особенной лояльностью православных белорусов к новой коммунистической власти, коллаборационизмом. Однако их представительство в органах власти значительно не превышало их доли в местах заметного компактного проживания белорусов в Бельском повете, особенно на главных партийных должностях или по Белостокскому воеводству в целом, где среди членов Польской рабочей партии самую большую группу составляли этнические поляки[3] .

Один из свидетелей позже на судебном процессе утверждал, что «Бурый» вполне недвусмысленно обозначил свою цель: «Белорусы, ваша земля здесь, но глубже. Ни одной души из деревни Залешаны не уйдет»[4] .

28 января 1946 г. отряд «Бурого» появился у села Лозицы, где за дровами собрались фурманы (возницы) из окрестных деревень. Под дулом оружия им было приказано перевести партизанскую группу к Гайновке, где на следующий день последние совершили успешный рейд на местный милицейский участок, небольшой советский гарнизон и расквартированных здесь офицеров Красной Армии.

29 января конвой был у деревни Залешаны. Отсюда началась т.н. «пацификация» - убийство беззащитных мирных жителей и сожжение деревень. По материалам польского Института национальной памяти (IPN) от пуль и в огне здесь погибло 16 человек. Сгорел 41 дом, среди погибших в огне было 7 детей [5]. Как вспоминал один из бежавших и чудом выживших возниц Василь Лукашук: «Зашел я в Залешаны, а там еще все дымится… Люди рассказали мне, что как загорелась хата, в которую их согнали, то они дотерпели в середине, пока не загорелся потолок. А тогда кинулись в окна. Но дом еще обстреливали, поэтому некоторых прямо так и убили под окнами, но другие убежали»[6] . В тот же день банда напала на соседнюю деревню Вулька-Выгановская, подожгла её и убила еще двух человек.

30 января группа остановилась у Красного Села, где поменяла часть подвод.

31 января «Бурый» и его люди достигли деревни Старые Пухалы. Здесь возниц, которые умели молиться по-польски, отпустили домой, а остальных 30 человек зверски убили (долгое время месторасположение их могилы было неизвестным).

2 февраля по приказу «Бурого» были сожжены деревни Зани, Шпаки и Концовизна. По материалам следствия IPN в Занях были убиты 24 человека, 8 были ранены, в Шпаках – 5 убитых и 4 раненых (2 из которых вскоре умерли)[7] .

Сообщества памяти: «национальные герои» и их жертвы

После военных преступлений, совершенных «Бурым», его отряд просуществовал недолго. Уже в апреле 1946 г. он был разбит силами Корпуса внутренней безопасности коммунистической Польши. Какое-то время “Бурому” удавалось успешно скрываться, однако в ноябре 1948 г. он был арестован польской службой безопасности (MBP). Во время следствия он выдал, где скрывался его заместитель Казимир Хмеловский («Рекин», пол. «Акула»), пытаясь свалить на него часть вины, в том числе, и за преступления в подляшских деревнях. На показательном процессе в Белостоке «Бурому» был вынесен смертный приговор, который был приведен в исполнение 30 декабря 1949 г.

thumb-bu-4a0883c3a476db78ee4fa878cfc99e63.jpg

Ромуальд Райс Источник: https://wirtualnapolonia.com/

Однако, история «Бурого» на этом не закончилась. В 1995 г. суд Варшавского военного округа реабилитировал Р. Райса, приняв абсурдную формулировку о том, что «вынужденные, не всегда однозначно этические действия» «Бурого» были продиктованы «условиями чрезвычайной необходимости».

Такое, мягко говоря, неоднозначное решение было во многом продиктовано общей тенденцией поголовной реабилитации участников антикоммунистического подполья 1940 -1950-х гг. и созданием впоследствии сборного искусственного конструкта żołnierzy wyklętych – коллективного «мученического» образа всех его участников, куда в равной степени зачислены и герои, и злодеи. Причем о преступлениях последних вспоминать нынче не принято. В 2011 г. в Польше официально появилась новая мемориальная дата – «День проклятых солдат». Для православных подляшан ее значение в нынешней интерпретации остается непонятным и чужим.

Очевидно, что подобное положение вещей, а по существу – оскорбление памяти жертв рейда «Бурого», не могло удовлетворить многих жителей Подляшья. В частности, Комитет семей убитых фурманов, демократическая общественность Подляского воеводства, представители белоруской интеллигенции приложили огромные усилия, чтобы восстановить справедливость. Как пишет подляский литератор и общественный деятель Ян Максимюк: «Уже несколько лет слышны голоса, что семьям убитых фурманов нужно подать коллективное обращение в суд против государства, которое реабилитировало преступника, ответственного за геноцид, и выплатила компенсацию его семье, и при этом никак не обратило внимания на семьи жертв» [8] .

В мае 1995 года, впервые за полвека, многие семьи побывали на могилах своих убитых родственников в Пухалах. До этого точное месторасположение захоронений было не известно, а родные все эти десятилетия просто боялись «вспоминать» о трагедии – в семьях жил страх. В 1997 г. тела фурманов были эксгумированы. Благодаря активности Комитета семей убитых фурманов и других подляских активистов появились памятные знаки о погибших православных жителях Подляшья.

В 2005 г. после нового следствия, которое длилось три года, Комиссия по расследованию преступлений против польского народа при IPN постановила, что действия «Бурого» носят черты преступлений против человечности (геноцида) [9]. Однако предыдущее решение суда о его реабилитации осталось в силе, поскольку его отмена была вне компетенции данной комиссии. Такая двусмысленная ситуация сохраняется, и напряжение вокруг памяти о событиях 1946 г. только нарастает, приобретая крайне опасные черты межнационального конфликта.

С одной стороны, в этом году на экран вышел документальный фильм Ежи Калины «Siaroża» о Сергее Ничипоруке, чьи близкие в Залешанах погибли от рук партизан «Бурого»[10] . В Белостоке и регионе проходят важные мероприятия, посвященные сохранению и актуализации устной истории тех трагических событиях. Такие как, например, спектакль «Пепел и память» белостокского театра Czrevo[11] . После долгих лет молчания это помогает людям региона пережить травму, найти свою дрогу к справедливости.

С другой, в феврале 2015 г. в Орлове на Мазурах, на месте одной из крупнейших битв, в которой принимали участие солдаты из отдела «Бурого», прошла церемония перезахоронения останков павших в этом бою. В 2016 году здесь был торжественно заложен первый камень будущего помпезного мемориального Panteonu Niezłomnych Żołnierzy Wyklętych[12] . Не в последнюю очередь это связано с острым политическим противостоянием в польском обществе, и определенной активизацией деятельности отдельных праворадикальных групп на этой волне.

В ночь с 29 на 30 декабря 2015 года, в годовщину казни «Бурого», представители неонацистской организации ONR вывесили недалеко от школы с белорусским языком обучения баннер с лозунгом «Бурый – наш герой»[13] . Полиция начала расследование по делу о разжигании межнациональной розни. Громкий медийный скандал вызвала также инициатива ONR провести в Гайновке 27 февраля марш в память о «Буром» и других командирах послевоенного подполья на Подляшье. Особое возмущение жителей региона вызвал тот факт, что объявление об этой провокации было размещено в числе других мероприятий, посвященных «Дню проклятых солдат», на официальном сайте Канцелярии президента А. Дуды. Позже сообщение было удалено, и появилось заявление о том, что администрация президента не имеет к этому маршу никакого отношения [14] .

Очевидно, что в националистически ориентированной среде, культивирующей культ «прóклятых солдат», нет никакого сомнения в непогрешимости ни одного из участников изобретенного ими «пантеона героев».

Как обозначает белорусский историк Алесь Белый, «когда националисты считают, что на преступления Бурого можно закрыть глаза, а на страдания национальных меньшинств можно принципиально не обращать внимания, то это самый настоящий нацизм. Если подобное отношение получает окончательную моральную санкцию в обществе, то это неизбежно ведет к новым ритуальным преступлениям. Т.е. в такой ситуации одним оскорблением памяти дело не ограничится. А именно, кто-то молодой да резвый, чтобы заслужить одобрение господствующей формы общественного сознания, может перейти к прямому физическому насилию над представителями этнических и религиозный меньшинств».

Ровно год назад епископ элкский Ежи Мазур в своей проповеди в Орлове на церемонии погребения останков партизан из отдела «Бурого» отметил: «Непобежденные Солдаты могут нам многое передать и рассказать. Задают нам вопросы, неудобные вопросы: «На каких ценностях строите Отчизну, имя которой Польша?», «строите ли вы ее на ценностях, за которые мы отдали жизнь?/em>»[15] . Хотелось бы верить, что епископ не имел в виду идеи и ценности «Бурого» и некоторых других «проклятых солдат», чьи имена навсегда запятнаны преступлениями против еврейского[16] , белорусского, литовского, словацкого населения на Подляшье, Виленщине, Подкарпатье.

По мнению Томаша Сулимы, журналиста, этнографа, деятеля белорусского меньшинства на Подляшье, «решить эту проблему можно только определив, кто имеет право называться «проклятыми солдатами», а кто нет… Теперь в один ряд ставят людей, на совести которых нет никаких пятен, вместе с такими преступниками как «Бурый». Это оскорбление для героев, которые сражались за независимость» [17] .

Без деконструкции мифа żołnierzy wyklętych и трезвого критического взгляда на деятельность каждого из участников (и тактических единиц) польского антикоммунистического подполья представляется сложным, если не невозможным путь к осмыслению, признанию вины, покаянию и прощению. Без этого память о настоящих героях Армии Крайовой таких, как легендарные Сергей Пясецкий или Анатоль Радивоник «Олех», будет искусственно связана с ксенофобской риторикой и военными преступлениями других, провоцируя в будущем новые межнациональные конфликты и, возможно, определенную межгосударственную напряженность.
 

Повернутись до WWII та Другі визвольні змагання (1938-1945)

Хто зараз онлайн

Зараз переглядають цей форум: Majestic-12 [Bot] і 4 гостей